3:33
FunnyTable
double CD
Достаточно интересная индастриал хип-хоп группа. Известно про них крайне мало, можно даже сказать. совсем ничего. Оба альбома,в принципе, ровные, музыка весьма атмосферная. Довольно много разнообразных эффектов, особенно показательна в этом плане завершающая композиция со второго альбома - "White Room" длинной в 41 минуту, - правда, непоредственно хип-хопа там не слишком-то много. Поскольку в музыке такого рода я прошарен очень слабо, то ориентиров указать не могу, разве что отдаленно напоминает Scorn (на всякий случай прикрылся от летящих тапок и ссаных тряпок
). Узнал об этой группе из рецензии с сайта Restart, собственно ниже они же.Опасное и потому столь легко укоренившееся заблуждение назидает всё доводить до логического конца: доделывать до конца дела, договаривать начатые фразы, дочитывать до корки книги, досматривать до титров фильмы, дослушивать до соскока иглы пластинки – даже если не прёт и душа не лежит. А ведь между тем вся прелесть иной раз таится как раз в мимолётных набросках, намеренной недосказанности, таинственной незавершённости, смутных непонятках.
Согласно неписанной инструкции, большинству музык полагается иметь вокал. Нет голоса – нет смысла – нечего и слушать. Где не поют, не орут, не стонут, не блеют, не визжат, не ноют и даже не шепчут – по определению слывёт музыкой второго сорта, недоструганной болванкой, сырой недоделкой, чем-то безвыходно второсортным. А ведь молчание, если кто не помнит – золото. Неспроста немотствовали самые оторванные из психоделических роков. Неспроста молчат самые глубинные и содержательные электроники. Неспроста ограничиваются бессвязными выкриками самые оголтелые нойзы. А чего городить огород, когда и так всё понятно? Эти же просветлённые молчуны изобрели «инструментальный хип-хоп», на первый взгляд – абсолютный нонсенс. Как же так же? – это ведь такая же нелепица и оксюморон, как «безалкогольная водка». А на самом же деле монотонная накачка полусонным битом и гулкими фонами – идеальный вариант для тех, у кого приобретённая неприязнь или врождённая аллергия на жидко срифмованную «уличную поэзию», пафосный речитатив и распальцованную негритятину для белого отребья. Или кому лениво выслушивать развесистые прогоны того же Dälek по буклетке, чтобы докумекать, что там та же самая показуха, только с трёхзначным интеллектом вместо трёхэтажных матюгов. Ведь вещи теряют свою сакральность, стоит только изречь их вслух. Об этом ещё в Библии писано: «Слово сказанное – есть ложь». Потому и самые «искренние» телеги записных рифмоплётов – в лучшем случае маньеризм и литературщина, а в худшем – бахвальство и апломб.
Загадочный проект 3:33, выползший из недр не менее загадочного Teargas & Plateglass – абстрактное нагромождение ритмов, шумов и гулов, тот самый бредовый и триповый хип-хоп без корявых понтов и этикетного втиралова на животрепещущие темы «мы-вы», «мы-они» или просто-напросто «а я такой». Никакого строчкогонства не предвидится в принципе – потому что слов на склады 3:33 не завезли вовсе. Аналогии холодному, рептильному и хамелеонистому биту 3:33, тихой сапой мимикрирующему под своё окружение, следует искать не у черномазых гопников на серьёзных щах и не среди очкастого ботанья, тискающего крутобокую метафору липкими ручонками дрочилы, а промеж апологетов мрачной индустрии (Scorn, Techno Animal, Teledubgnosis) либо внушающей или наводящей электроники (Blackfilm или Lowness). Или, на крайняк, пресловутых бессловесных рэперов типа DJ Shadow, DJ Spooky или Req. При этом записывать 3:33 в «необработанные минуса» – ошибка грубейшая и попросту фатальная. Музыка таинственного проекта не нуждается в вокальной дорожке, потому как и без того тщательно продумана, плотно аранжирована и густо насыщена деталями. Отстранённый, извивающийся и змееподобный бит 3:33 гипнотизирует микрорайонной шагистикой, завораживает фракталами новостроек и цепенит оживающими замороками дождливого неона.
Треки “The First Thousand Days”, обозванные случайно-линейными цифробуквенными комбинациями – звуковое сопровождение к настолько сокровенным переживаниям и глубоколичным мыслям, которыми даже с самыми близкими и то делиться не станешь. 3:33 – незаметная, но осязаемая музыка для шляния по ночным железкам, ловли глюков в далёких окошках или поисков луны в закопчёной глади пруда-отстойника. Мысли, которые роятся в башке в эти моменты заострённого, восприимчивого и душеспасительного одиночества, не станешь озвучивать ни за какие коврижки, а захочешь – так и слов не подберёшь. Оттого молчат и сами авторы. Кстати, второе название, под которым 3:33 гуляет по сети – Parallel Thought. Вот уж правда, лучше и не сказанёшь.
В качестве бонус-гейма можно попикироваться, что же значат цифры 3:33. Наша версия тривиальна – застывшее время. Магический час между глухой ночью и ранним утром, когда и полагается слушать 3:33. Послушайте, и клёв будет такой, что клиент позабудет обо всём на свете. Вот оно самое оно.
Согласно неписанной инструкции, большинству музык полагается иметь вокал. Нет голоса – нет смысла – нечего и слушать. Где не поют, не орут, не стонут, не блеют, не визжат, не ноют и даже не шепчут – по определению слывёт музыкой второго сорта, недоструганной болванкой, сырой недоделкой, чем-то безвыходно второсортным. А ведь молчание, если кто не помнит – золото. Неспроста немотствовали самые оторванные из психоделических роков. Неспроста молчат самые глубинные и содержательные электроники. Неспроста ограничиваются бессвязными выкриками самые оголтелые нойзы. А чего городить огород, когда и так всё понятно? Эти же просветлённые молчуны изобрели «инструментальный хип-хоп», на первый взгляд – абсолютный нонсенс. Как же так же? – это ведь такая же нелепица и оксюморон, как «безалкогольная водка». А на самом же деле монотонная накачка полусонным битом и гулкими фонами – идеальный вариант для тех, у кого приобретённая неприязнь или врождённая аллергия на жидко срифмованную «уличную поэзию», пафосный речитатив и распальцованную негритятину для белого отребья. Или кому лениво выслушивать развесистые прогоны того же Dälek по буклетке, чтобы докумекать, что там та же самая показуха, только с трёхзначным интеллектом вместо трёхэтажных матюгов. Ведь вещи теряют свою сакральность, стоит только изречь их вслух. Об этом ещё в Библии писано: «Слово сказанное – есть ложь». Потому и самые «искренние» телеги записных рифмоплётов – в лучшем случае маньеризм и литературщина, а в худшем – бахвальство и апломб.
Загадочный проект 3:33, выползший из недр не менее загадочного Teargas & Plateglass – абстрактное нагромождение ритмов, шумов и гулов, тот самый бредовый и триповый хип-хоп без корявых понтов и этикетного втиралова на животрепещущие темы «мы-вы», «мы-они» или просто-напросто «а я такой». Никакого строчкогонства не предвидится в принципе – потому что слов на склады 3:33 не завезли вовсе. Аналогии холодному, рептильному и хамелеонистому биту 3:33, тихой сапой мимикрирующему под своё окружение, следует искать не у черномазых гопников на серьёзных щах и не среди очкастого ботанья, тискающего крутобокую метафору липкими ручонками дрочилы, а промеж апологетов мрачной индустрии (Scorn, Techno Animal, Teledubgnosis) либо внушающей или наводящей электроники (Blackfilm или Lowness). Или, на крайняк, пресловутых бессловесных рэперов типа DJ Shadow, DJ Spooky или Req. При этом записывать 3:33 в «необработанные минуса» – ошибка грубейшая и попросту фатальная. Музыка таинственного проекта не нуждается в вокальной дорожке, потому как и без того тщательно продумана, плотно аранжирована и густо насыщена деталями. Отстранённый, извивающийся и змееподобный бит 3:33 гипнотизирует микрорайонной шагистикой, завораживает фракталами новостроек и цепенит оживающими замороками дождливого неона.
Треки “The First Thousand Days”, обозванные случайно-линейными цифробуквенными комбинациями – звуковое сопровождение к настолько сокровенным переживаниям и глубоколичным мыслям, которыми даже с самыми близкими и то делиться не станешь. 3:33 – незаметная, но осязаемая музыка для шляния по ночным железкам, ловли глюков в далёких окошках или поисков луны в закопчёной глади пруда-отстойника. Мысли, которые роятся в башке в эти моменты заострённого, восприимчивого и душеспасительного одиночества, не станешь озвучивать ни за какие коврижки, а захочешь – так и слов не подберёшь. Оттого молчат и сами авторы. Кстати, второе название, под которым 3:33 гуляет по сети – Parallel Thought. Вот уж правда, лучше и не сказанёшь.
В качестве бонус-гейма можно попикироваться, что же значат цифры 3:33. Наша версия тривиальна – застывшее время. Магический час между глухой ночью и ранним утром, когда и полагается слушать 3:33. Послушайте, и клёв будет такой, что клиент позабудет обо всём на свете. Вот оно самое оно.
Бурьян рождает бурьян, одиночество – одиночество, а бессонница – бессонницу. Загадочный проект 3:33 как вылупился из столь же загадочного дуэта Tearglass & Plateglass, и так с ходу и продолжил его сомнамбулические блуждания в неоновых потьмах по урбанистическим закоулкам.
В пику предыдущим экскурсам проекта в разговорные жанры, “In the Middle of Infinity” развивает городской фольклор “The First Thousand Days” – таинственно немотствующий трип-хоп, обложную облачность тёмного эмбиента, наползающую шумовую поволоку и головоломную каверзу снотворной электроники. 3:33 – холодная музыка ночи, расплывчатых контуров и беглых силуэтов, свербящих мыслей и спасительных дрём, квинтэссенция предрассветных часов, по-английски зовомых the small hours. Крепко спаянное нутро “In the Middle of Infinity” словно бессильно пытается разделиться на две воедино слитые части – техногенное шаманство городских окраин и атональный кинематографизм вещего сна. Первые десять композиций – психоделически-искажённая увертюра в железобетоне и плексигласе, а вот сорокаминутная композиция ‘white room’ – уже альбом в альбоме, трип в трипе, сон во сне, второе дно и обратная сторона.
3:33 – это время, но это и состояние. Состояние, когда не можешь со всей уверенностью сказать, спишь ты или бодрствуешь – явь искажается, смысл перекашивается, действительность комкается и причудливо теряет очертания. Наступает очередь мысленных путешествий и бессознательной рефлексии. Втихомолку меряешь шагами ночную мглу спальных районов, рассечённую слепящими прожекторами товарных станций и гайморитной желтизной уличной иллюминации. Отсчитываешь минуты затишья между лязгом сортировочных горок и блуждающим рёвом моторов. Постепенно сливаешься с ландшафтом многоэтажных коробок, ловишь его ритм и даже хамелеонишь его текстуру. Но один лишь только лишний шорох – как вдруг очухиваешься в полном сумбуре среди обрывков недодуманных мыслей и недосмотренных сновидений, на сбитой простыни и смятой подушке.
Завораживающий петлизм спэцэффектов и мерная шагистика битов делает своё дело. 3:33 понимает толк в гипнозе и держит слушателя подвешенным в неослабном напряжении, выжимая досуха тревожные образы из его собственного подсознания. Под снотворный пульс 3:33 чуешь каждой клеточкой, как что-то выползает из темноты, подкрадывается сзади, неотступно следует по пятам. Днём мы безразличны и слепоглухи, нам недосуг и даже нет дела до самих себя. А ночью отступать некуда – внутренний мир обступает со всех сторон, а позади лишь пустой, безжизненный сумрак. От себя не убежишь.
В пику предыдущим экскурсам проекта в разговорные жанры, “In the Middle of Infinity” развивает городской фольклор “The First Thousand Days” – таинственно немотствующий трип-хоп, обложную облачность тёмного эмбиента, наползающую шумовую поволоку и головоломную каверзу снотворной электроники. 3:33 – холодная музыка ночи, расплывчатых контуров и беглых силуэтов, свербящих мыслей и спасительных дрём, квинтэссенция предрассветных часов, по-английски зовомых the small hours. Крепко спаянное нутро “In the Middle of Infinity” словно бессильно пытается разделиться на две воедино слитые части – техногенное шаманство городских окраин и атональный кинематографизм вещего сна. Первые десять композиций – психоделически-искажённая увертюра в железобетоне и плексигласе, а вот сорокаминутная композиция ‘white room’ – уже альбом в альбоме, трип в трипе, сон во сне, второе дно и обратная сторона.
3:33 – это время, но это и состояние. Состояние, когда не можешь со всей уверенностью сказать, спишь ты или бодрствуешь – явь искажается, смысл перекашивается, действительность комкается и причудливо теряет очертания. Наступает очередь мысленных путешествий и бессознательной рефлексии. Втихомолку меряешь шагами ночную мглу спальных районов, рассечённую слепящими прожекторами товарных станций и гайморитной желтизной уличной иллюминации. Отсчитываешь минуты затишья между лязгом сортировочных горок и блуждающим рёвом моторов. Постепенно сливаешься с ландшафтом многоэтажных коробок, ловишь его ритм и даже хамелеонишь его текстуру. Но один лишь только лишний шорох – как вдруг очухиваешься в полном сумбуре среди обрывков недодуманных мыслей и недосмотренных сновидений, на сбитой простыни и смятой подушке.
Завораживающий петлизм спэцэффектов и мерная шагистика битов делает своё дело. 3:33 понимает толк в гипнозе и держит слушателя подвешенным в неослабном напряжении, выжимая досуха тревожные образы из его собственного подсознания. Под снотворный пульс 3:33 чуешь каждой клеточкой, как что-то выползает из темноты, подкрадывается сзади, неотступно следует по пятам. Днём мы безразличны и слепоглухи, нам недосуг и даже нет дела до самих себя. А ночью отступать некуда – внутренний мир обступает со всех сторон, а позади лишь пустой, безжизненный сумрак. От себя не убежишь.
Дискография:
2011 - 333EP-1 (CBR 320)2011 - Live from the Grove (CBR 320)
2011 - The First Thousand Days (CBR 320)
2012 - 7 Sets of 7 (CBR 320)
2012 - In The Middle of Infinity (CBR 320)
2013 - Bicameral Brain (VBR V0)
2013 - 3:33 & Cannibal Ox - Bicameral Vein
- Опис
- industrial hip-hop ~ неизвестная страна
- Країна
- Країна невідома
Останнє редагування:
С означенными коллективами не премину ознакомиться, спасибо за наводки.
