- Привет, товарищ! Как там Германия в начале этого времени года?
- Сейчас довольно мило. Особенно когда солнце садится вечером, у осени очень красивый свет, разукрашивающий все в теплые цвета. Туман поднимается с полей и воздух свеж. Очень сильно люблю это время года.
- Apoptose является новым проектом, и я сомневаюсь, что еще много известно о его истории, прошлых релизах и идеях, влияниях и компонентах. Хорошо начать именно с этого.
- Сейчас Apoptose – это проект одного человека. История началась 10 лет назад (в 1990 г.) в моем мозгу в более-менее абстрактной форме. Я всегда хотел выразить мои внутренние видения звуком, но я точно не знал каким путем идти, так что я подумал – лучше подождать и посмотреть. Около трех лет мои разные идеи фокусировались на одной точке и наконец я решил начать мое исследование звука. С этого времени я работал над музыкой регулярно и позже над треками с «Nordland», альбом развивался на протяжении 1999-2000 годов.
- Apoptose – довольно загадочное название в моих ушах – каждый раз, когда я встречаюсь с ним, я думаю об «отступнике», но ... я не думаю, что есть какие-то сходства, как Вы описываете его правильный смысл?
- Есть много слов с префиксом «апо», и они все из греческого. Некоторые из них, как "apostate" или "apotheosis" более известны, но они не имеют ничего общего с названием, которое я выбрал. «Апоптоз» - немецкий медицинский термин. На греческом и английском это будет "apoptosis". Термин означает «запрограммированная гибель клетки»: он описывает программу, которую Вы можете найти в любой живой клетке. У клетки это является сигналом к самоубийству, когда она повреждена или заражена. Это самая общая форма клеточной смерти в организме, что есть среди других важных для иммунной системы. Сокращенный апоптоз может привезти к аутоммунитету или опухолям (например в раковых клетках эта программа не работает, и деление клетки идет вечно). Буквально оно означает что-то вроде «листья падающие с деревьев», что также весьма подходит к музыке.
- Тяжело ли жить в Германии в эти дни? Кажется, что больше не имеет значения, аполитичен ты или нет, главная проблема в том, что Вы немец, и мы все знаем, что немцы сделали в прошлом веке…вы часто сталкиваетесь с такими замечаниями?
- Жить в Германии – не тяжелее, чем жить еще где-то на западе Европы, я думаю. Большинство людей здесь зарабатывают достаточно денег, и им не надо заботиться будущем, но прошлое более живо в их умах. Все, что связано с Третьим Рейхом – очень деликатная тема здесь. В СМИ постоянно идет разговор о Второй Мировой и неофашизме, с тем чтобы повысить бдительность и предотвратить что-то в этом роде снова в Германии. Но есть также и обратный эффект. Из-за того, что об этом вновь и вновь говорят, молодежь больше не может этого выносить. Они родились на 40 лет позже войны, так что для них война так же далека, как и Каменный век.
- Лично у меня нет проблем с немецким прошлым. Я обрисовал свои заключения о тех годах, бывших возможно самыми мрачными моментами немецкой истории и мне не надо, чтобы кто-то говорил мне, что я должен думать об этом. Если есть молодые люди, которые имеют проблемы с немцами из-за прошлого, я не могу им помочь, но я и редко встречал таких. Люди, которых я знаю их других стран, принимают меня как человека, которым я являюсь и не видят во мне что-то такое.
- Я спросил Вас, потому что Ваш первый альбом мог бы стать немного подозрительным для некоторых людей, учитывая то, что “Nordland” вызывает в памяти национал-социалистический журнал тридцатых годов. Может быть это тоже значение названия?
- Абсолютно нет! Много людей все рассказывает мне истории о названии Nordland, так что я уже эксперт по нему. Я узнал, что есть даже более одного журнала с этим названием правого крыла и тысячи турагентств, которые его имеют, но они никак не относятся к моему “Nordland”. Графство в Норвегии также называется “Nordland”, что намного ближе к названию альбома, чем все остальные. В связи с альбомом слово “Nordland” имеет два значения. Одно – точно смысл слова: «Северная земля». На всю музыку повлиял ландшафт и суровые жизненные условия северных стран. Другой аспект идет немного глубже под поверхность человеческого разума и далеко за пределы чисто географического значения этого слова.
Для меня оно также представляется частью человеческого сознания, которое трудно достижимо, темная сторона нашего разума, которую ты обнаруживаешь на поверхности. У всех людей есть эта темная сторона, но большинство из них отбрасывают ее существование. «Темный» не значит, что это «негативно», это просто архаичная часть нас самих, которая имеет тысячелетние корни. Эта часть сознания до сих пор влияет на нас в повседневном поведении, хотя мы часто не узнаем ее. Музыка является открытием моей личной «Северной земли» и может быть инструментом для слушателя, чтобы найти доступ к собственному внутреннему миру.
- Вы говорите о Вашей музыке и личных чувствах как «языческих», мы можем поговорить побольше об этой проблеме? Я часто спрашивал себя, так ли современная языческая перспектива включает также экологический устав, потому что кажется что есть немного отличий между экологическими организациями и артистами, которые объявляют себя «язычниками»…
- Я думаю, есть различия между экологами и язычниками, хотя обе группы имеют сходства. Эколог в значении слова заботится о природе в более политическом смысле, но может быть христианином или буддистом или чем-то еще в то же время. Язычники заботятся о природе потому что поняли, что природа – их мать и что не существует искусственных благ. Все исходит от природы и все возвращается в природу.
- Известно, что “Nordland” был сочинен и вдохновлен с помощью и от поездок по северным регионам и странам Европы; где точно вы путешествовали и с какими воспоминаниями Вы вернулись? Насколько отличается эта часть Европы по сравнению с Севером?
- За исключением Исландии, я был несколько раз во всех скандинавских странах и также посетил большую часть Британских островов. Что впечатляет меня больше всего – это нетронутая природа во всех этих регионах. От момента, когда ты попадаешь туда, ты можешь дышать свежим воздухом и наслаждаться красивым ландшафтом. Когда ты избегаешь городов, ты встречаешь лишь несколько человек по сравнению с Германией, которая кажется переполнена людьми и машинами, так что я использую каждую возможность сбежать. Тишина и одиночество просто ошеломляющи на севере. Каждый раз как я туда попадаю, то чувствую себя как дома.
- Помню, где-то читал, может год назад, новости об открытии митриатического места где-то на востоке Финляндии, очень странная вещь в частности для Севера; Вы знаете что-нибудь об этом? У Вас есть интерес к митриатической традиции? Что вдохновляет Вас больше всего?
- Для меня это ново и звучит довольно интересно, как этот культ зашел так далеко на север так как он был главным образом распространен у римских солдат. Я не эксперт в культе Митры, но я посетил некоторые митриатические места в Германии.
Сложно сказать, что вдохновило меня больше всего. Я изучил разные языческие традиции чтобы узнать что является центром их веры. Я всегда ищу сходства между системами верований, и в большинстве случаев ты находишь более или менее скрытое - что древние религии происходят из наблюдения за природой. Силы природы овладели человеческой формой чтобы сформировать богов со специальными атрибутами. В старейших культах можно найти шаманические элементы. Люди впадают в транс, чтобы вступить в связь с силами природы с тем чтобы повлиять на свою судьбу. Я предполагаю, это одна из самых оригинальных концепций человечества, что в некотором роде стояла с нами от начала до настоящего времени. “Nordland” несет много аспектов этого.
- Что значит для Вас Традиция? Какие элементы она включает и когда некоторый субъект может быть включен в Традицию, а когда нет?
- Традиция – слово, которое имеет очень широкий спектр. Есть несколько разных традиций, которые есть часть одной: традиция твоей семьи, страны или работы, например. Каждый принадлежит к группе других не важно, нравится тебе это или нет.
Так что ты можешь принять традиционные ценности твоей группы или отбросить ее. Но даже если ты отбрасываешь ее, ты принимаешь традицию неконформистов… Традиция формирует привычки некоторой группы людей так что сложно с охотой включить что-то в нее, потому что она развивалась в прошлом. Но можно попытаться изменить ее. Традиция не должна быть принимаема ради этого. Ты должен знать, что находится за теми вещами, которые образуют ценности твоей группы, так что ты можешь решить, действительно ли ты хочешь быть ее частью.
- Согласно ситуационным мыслителям, мы живем и формируем «Общество зрелища», какие наиболее уважаемые вещи, которые Вы цените в этом мире и что Вы ненавидите больше всего? Как Вы рассматриваете технологию?
- Что я ценю больше всего: личные связи с семьей и друзьями, с другой стороны тишину и природу. По правде я не могу сказать, что я ненавижу что-то, потому что не хочу тратить мое время на ненависть к чему-то. Это бы значило, что я даю ей больше внимания, чем она заслуживает. Конечно есть некоторые вещи или люди, с которыми я не хочу иметь дело, потому что они злят меня. Я просто исключаю их из моего мира – они не имеют значения для меня.
Apoptose
